Все эти лекции, конечно, хорошо, но многим туристам Згура запомнится как организатор многокилометровых походов для не тренированных людей. Все просто и самоочевидно: максимально облегчать рюкзак, идти не быстро, каждый час отдыхать лежа и разувшись, надевать на каждую ногу минимум два носка...
Но правила действительно работают, позволяя людям, которые не отличаются силой, молодостью и здоровьем, проходить 50 километров в день, 100 километров в сутки, 150 километров за 40 часов. А любимейший поход - организуемая в конце мая "Соловьиная ночь", когда с раннего вечера до позднего утра следующего дня проходишь 50 и более километров и при этом слушаешь соловьев.
Однако берет Згура в эти походы не всех - нужно сдать зачет по теории и практике науки ходить. Практика - это нормально пройти предварительный поход, километров на двадцать пять, а теория - прослушать и законспектировать лекцию.
Причем сколько бы ты раз на "полтинник" не ходил, всегда слушай лекцию заново. А материал довольно однообразный и легко запоминающийся, раза три это еще можно прослушать, а на четвертый хочется себя вести, как школьник во время скучного урока, хотя Згура и пытается переложить свои правила в стихи: "Помни, солнце - это враг. Кто на солнце, тот дурак" или "Сапоги - большое зло. Жарко в них и тяжело". И наше любимое: "Что в походе пить нельзя - это страшная брехня". Вот мы и начинаем переиначивать сто пунктов в плоскость своего сознания. Наибольшее веселье вызывают пункты о питье: "Пить нужно обязательно, при потребности - неограниченно. Лучше перепить, чем недопить. Конечно, осознать это будет трудно тем из вас, кто воспитан..." - "...в трезвости", - комментируем мы с Олей.
Потом каждый желающий сдает Згуре карточку, где указывает свои анкетные данные, телефон и рекордный километраж. За пару дней до похода Згура звонит соискателю и под большим секретом - чтобы не прослышали люди, не прошедшие инструктаж, - сообщает время и место сбора. Человек он заботливый: обязательно повторит основные девяносто семь из своих ста пунктов и предупредит, что уже появились комары или что на день похода обещали дождь.
И мы с Олей, как самые сознательные, бросаемся выполнять указания Великого Згуры: закупаем шоколад, сахар и овсяное печенье, изготавливаем пакеты для набора воды, а главное - по часу в день тренируемся в ходьбе со скоростью шесть километров. Правда, по Москве такую скорость если и разовьешь, то на несколько секунд, да и полноценный час выкроить удается далеко не всегда, но и в таком виде оно себя оправдывает.
И вот наступает долгожданный день, точнее, вечер. "Соловьиная ночь" - это нечто необыкновенное. Сначала - конец дня, сумерки, закат, а если повезет, после дождя при низком солнце можно увидеть радугу. Потом - ночь, луна, и, когда группа идет по дороге через поля и уснувшие деревни, появляется ощущение, что это единый организм и еще - что мы единственные живые люди во вселенной. В конце ночи устраивается двухчасовой привал - треск костра, отблески пламени на лицах, искры прочерчивают тонкие линии, взлетающие выше деревьев, - и перед рассветом вновь начинается движение. Это самый красивый и самый необычный момент во всем походе. Еще не успела зайти луна, а уже всходит солнце; над реками и озерами клубится туман, а трава и цветы все в инее. Постепенно день разгорается, становится жарко, накапливается усталость, и больше хочется не идти, а лежать в зарослях какой-нибудь сурепки или одуванчиков. А на финише - так просто падаешь в эти самые одуванчики, глядя в небо и наслаждаясь победой над собой.
Соловьев в такие ночи бывает, когда больше, когда меньше, обычно все-таки изрядно, а, как говорит Оля, на бесптичье и Андрюша соловей. Пора вписать в книгу путешествий и этот пленительный образ.