Варвара Вельская, Книга путешествий

Услуга № 1 ч.2

Эта реальная несколько двусмысленная цитата из строительного справочника после долгих лет путешествий обрела для нас свой единственный смысл. Когда в славном городе Раменском мы взяли "языка", он доходчиво объяснил, что никакого общественного туалета здесь нет и быть не может. Мы огляделись и метрах в двухстах от вокзальной площади обнаружили недостроенное кирпичное здание, обнесенное забором, по меньшей мере половину досок из которого предприимчивые горожане успели экспроприировать для хозяйственных нужд. Тогда еще стыдясь своего поступка, мы протиснулись в щель и обнаружили, что не мы первые додумались использовать объект по такому назначению.

В центре не менее славного города Рязани официальных приказов тоже, видимо, не предусмотрено. А дождь лил как из ведра и провоцировал. Около одной из заброшенных строек нами были обнаружены заросли крапивы-лебеды.....

Английский парк мы любим больше, чем французский. В пейзажном парке можно присаживаться под любым полюбившимся тебе деревом. Во французском же парке каждое дерево расположено продуманно, просматривается издалека и не спешит оказать тебе услугу № 1. Поэтому так любим нами Павловск, где, как говорится, "под каждым ей кустом...", и меньшими симпатиями пользуется Петергоф.

В городе Шуе на реке Тезе стоит городской сад. Он молодой, и деревья в нем невысокие и не густо растущие. "Не скажете, где здесь туалет?" - спросили мы у девушки, читавшей на скамейке книгу. "Здесь?!" - был недоуменный ответ. Пришлось одной из нас воспользоваться кустом жасмина, сквозь который предательски просвечивало мое красное платье. Другой член нашего маленького коллектива оказался практичней и сходил на приказ прямо на небольшой городской, больше похожей на деревенскую, улочке, под прикрытием нависавшей из-за чьего-то забора сирени. Прохожие видели, но не обратили ни малейшего внимания.

И пятисот лет не прошло, как дороги начали безмерно меняться. Россию пересекла трасса "Дон", на которой, подобно верстовым столбам, только что не полосатые, поднялись типовые, аккуратные, одинаковые, как клонированные близнецы, приказы. Это, конечно, благо. Но предсказуемость лишает нашу жизнь элемента романтики. Эта абсолютная упорядоченнось отбирает у нас свободу выбора. Если еще упомянуть сетку вдоль дороги, ограждающую от посягательств прекрасные леса, то наш человек, генетически привыкший снимать портки где придется, оказываенся как бы втиснут в графу бланка, где ему на протяжении всей дороги через каждые n метров тредлагают типовой казенный домик.

Человек, получив великое благо цивилизации - хорошую дорогу и благоустроенный приказ, - оказывается лишен свободы справить нужду где ему нравится. Наш взор ласкают деревья, а приклонить зад мы можем только на стандартных казенных досках.

Когда Екатерина путешествовала по России, на всем ее пути по обочинам дороги Потемкин выстроил фальшивые деревни. Не есть ли акт строительства благоустроенных туалетов на фоне заброшенных пашен и хиреющих деревень повторение истории с целью поразить воображение иностранцев?

Но русскому народу претят подобные вещи. Сколь бы крепки ни были стены, они подвергнутся нападению граждан, желающих привести новопостроенные объекты в соответствие с окружающей действительностью. Эти маленькие аккуратные сооружения будут поломаны, исцарапаны, исписаны (во всех смыслах слова). Нашему человеку свойсвенно вырываться из оков, поэтому можно смело заявить: не приживутся на Руси верстовые столбы казенных домиков.

Сейчас наши туалеты становятся приличными. С одной стороны, это замечательно. С другой - мы теряем национальную самобытность. Избалованным цивилизацией европейцам наш прогресс по душе, но истинным любителям романтики и экзотики остается только рыдать.