Варвара Вельская, Книга путешествий

Первые неудачи

Медленно, но верно приобретали мы некоторый опыт. Я купила на развале карту-двухкимометровку Московской области, на которой стала отмечать наши путешествия. А наше издательство в это время осуществляло выпуск (не к ночи будь помянута) Российской музейной энциклопедии. Объективно эта книжка, наверное, была самой ужасной из тех, в коих я принимала участие, а субъективно она перечисляла все сколько-нибудь значительные музеи России, что и было взято нами на вооружение.

Стояла уже зима, далеко ехать не хотелось. Поэтому я скрупулезно переписала в свой блокнот все упомянутые там районные краеведческие музеи ближайшего Подмосковья. Их адресов энциклопедия, понятно, не содержала, но иногда давала особые приметы: что городской музей Кислокапустинска находится, например, в помещении Воскресенской церкви, а народный краеведческий музей Змеинохвостска - в здании в стиле модерн с действующими курантами.

- Да на что нам эти уездные музеи? - недоумевала Оля.

- Мы в них греться будем! - убежденно ответила я.

По принципу близости к Москве для зимы было выбрано Раменское. Карта показывала крестик на берегу озера, обещающего быть живописным, энциклопедия повествовала о краеведческом музее; а о том, что мы сделали, едва прибыв на платформу Раменское, читатель узнает, но много позднее.

Церковь оказалась весьма монументальным Троицким собором, правда, его нам не удалось разглядеть из-за лесов, да и внутри не оказалось ничего, кроме ремонтных работ. Зато во дворе стоял колокол, большой и, видимо, довольно старинный.

Николо - Угрешский монастырь  на реке Москва

Музей мы тоже нашли быстро, дверь его была открыта, но в экспозицию не пускали из-за отключенного электричества. У входа музейная работница продавала артефакты: книжки, вымпелы, значки... Несколько значков городов у меня уже было. Теперь еще появился повод приступить к коллекционированию открыток и путеводителей. Нами была куплена небольшая книжечка про Раменский район. Она открылась в наших руках на середине, и мы увидели нечто очень привлекательное - Архангельский собор в Бронницах. Музейная работница пояснила, что в Бронницы отсюда ехать очень легко, и пригласила наведаться в раменский музей в другой раз. (Это и было нами исполнено несколькими годами позже. В те времена мы уже мыслили несколько другими туристскими категориями, и тратить день на посещение музея уездного города было, в общем-то, незачем, но оставалось чувство незавершенности некогда начатого дела. Музей оказался как музей, можете съездить; если покажется мало, можно совместить с Николо-Угрешским монастырем.)

Автобусы на Бронницы ходили действительно каждые полчаса, и путь от Раменского оказался недалек. В окно можно было полюбоваться бескрайними полями и переездом через Москву-реку, но... уж больно погода этому не способствовала. Не столько холодно, сколько промозгло, все в серой дымке, ветер, и почти не прекращалася то ли снег, то ли дождь.

К чести автобуса надо сказать, что привез он нас прямехонько к Архангельскому собору. Это постройка ХVII века, на которую, безусловно, взглянуть стоит. Мы обошли собор несколько раз по кругу, но попасть внутрь помешал амбарный замок.

Зато в другую церковь - Ильинскую - нам очень даже удалось зайти. В то время там размещался промтоварный магазин. Мною был даже куплен маленький салатник, чтобы кормить из него любимую кису Тусю. (Книжка, автобус, салатник для Туси - и все за один день... Читатель чувствует, как в ту пору медленно, но неуклонно росло наше благосостояние?) Видели мы и обещанные путеводителем могилы декабристов. На мое робкое предложение поискать краеведческий музей Оля ответила, что хочет поискать только одно заведение - клозет. Он и был найден рядом с Архангельским собором. Было там чисто, тепло, уютно и бесплатно. Уходить оттуда не хотелось, но я убедила Олю, что путешествуем мы не последний раз, а следовательно, на жизненном пути нас ждет еще несметное количество общественных уборных. Практика показала, что я была права.

Завершилось это в целом неудачное путешествие некоторой радостью. Из Бронниц в Москву курсируют мягкие "Икарусы" с номерными местами, и билеты на них не особо дороги. Как я в детстве любила "Икарусы"! К описываемому моменту мне удалось прокатиться в них считанные разы, но скоро все изменится.

А вот в Мураново мы съездили еще менее удачно. День, правда, был неплохой, светлый и умеренно морозный, а вот усадьба оказалась закрыта на многолетнюю реставрацию. Мы попрыгали, заглядывая в окна, обошли заваленную строительным мусором территорию и двинулись к автобусной остановке.

Там уже мерз молодой человек, который сообщил нам, что ближайший автобус на станцию по расписанию должен идти через два часа, а вот когда он пойдет на деле и пойдет ли вообще - очень большой вопрос. И тут мы приняли героическое для таких начинающих туристов решение. Дабы не замерзнуть на остановке, мы постановили преодолеть пешком невероятное расстояние до станции - около пяти километров. И даже испытали некоторое чувство превосходства над оставшимся ждать автобус молодым человеком: он там неизвестно до чего достоится, а мы, как большие, сами пойдем куда нам надо. Шли не торопясь, по дороге валяли дурака: то на дерево пытались влезть, то катались в тазу без дна, подобранном на обочине. Тем не менее к станции успели раньше автобуса.

Глобальной же неудачей можно назвать нашу поездку в Горки Ленинские. В это примерно время вернулась из небытия, забытая было газета "Досуг в Москве" и появился журнал "Ваш досуг". Были там перечислены адреса и телефоны основных московских, а также ближайших подмосковных музеев. Из газеты-то мы и узнали, что заповедник "Горки Ленинские" отнюдь не прекратил свое существование, а, наоборот, вышел на качественно новый уровень, дополнившись музеем политической истории России. По приведенному в газете телефону нам даже сообщили номер автобуса, который стартовал от "Домодедовской", что было довольно близко к нашему району. Поэтому мы отнесли поездку в разряд ближних и выбрали для нее весьма неприятный зимний день.

Автобус остановился у какого-то квадратного в плане монументального здания.

- Это, наверное, оно, - предположила Оля.

- Да ну, - отмахнулась я. - Это какой-то крематорий.

Мы поехали дальше, и, как оказалось, зря. Кондукторша высадила нас на одной из следующих остановок, в заброшенной, ввиду зимнего времени, деревне. Что делать дальше, мы не знали. У нас была с собой карта, но мы не имели ни малейшего представления, как с ней обращаться. То есть, конечно, знали, что зеленое - это лес, черные линии - железные дороги, а крестики - церкви, но дальше этого дело не шло. Автобус на Москву отсюда идти был не должен; мы тупо смотрели в карту, не в силах определить ни расстояния до ближайшей станции, ни в каком направлении нужно двигаться. А когда сподобились увидеть редчайшее атмосферное явление - посыпался град и началась зимняя гроза, - нам стало по-настоящему страшно.

Оставалось "брать языка". Не так-то просто сделать это в вымирающем на зиму дачном поселке. Наконец нашли уж не помню кого, кто сообщил нам, что до станции Ленинская километра два с половиной, и указал направление. Ленинская была мне знакома - мимо нее я часто ездила на дачу.

- Мы можем посетить мемориальную платформу Герасимово, - предложила я.

И мы довольно долго осматривали перрон, здание станции, фотографировались на фоне бюста Ленина, кормили слетевшихся синичек... Через несколько лет платформу Герасимово демонтируют. Зачем? Кому она помешала?


Главная страница сайта
Содержание Книги Путешествий